Когда многое понятно,
но легче не становится

Большая часть моих клиентов приходит именно с таким опытом. И часто говорят, что уже после первой сессии появляется ясность, которой раньше не было.

Я делаю иначе вот в чём: уже на первой сессии я активно исследую и работаю с вашим запросом: собираю первичную картину, формулирую рабочую гипотезу о том, что стоит за симптомами, и определяю, на что в первую очередь можно повлиять.

Уже первая сессия проходит как полноценная работа. За час мы разбираем ваш запрос, я задаю точные вопросы, ищу связи, которые вы, возможно, пока не видите, и делюсь своим видением того, что происходит. К концу сессии обычно становится яснее, что происходит, какой формат может подойти и достаточно ли вам со мной спокойно, чтобы продолжать.

Решение работать дальше остаётся за вами.

Точный срок зависит от многого: самого запроса, сложности и давности ситуации, вашего текущего состояния, открытости и готовности к изменениям. Иногда достаточно 1–3 сессий, чтобы разобраться в конкретной проблеме и получить план действий. Более глубокая работа занимает больше времени, и её длительность мы обсуждаем вместе, обычно уже на первой сессии.

У терапии всегда есть цель и понятные ориентиры. Мы регулярно сверяемся, движемся ли мы к результату, и видим, когда работа подходит к завершению.

Для глубинной психотерапии базовый ритм обычно такой: одна сессия в неделю. Регулярность здесь важна, потому что она даёт работе непрерывность. За неделю успевает произойти что-то живое, и вы приходите не с пустыми руками, но и не с ощущением, что прошлая встреча была так давно, что всё нужно начинать заново.

При этом ритм мы согласовываем вместе, глядя на вашу ситуацию: на запрос, на цели работы, на состояние в текущий период, на ваши возможности по времени и по бюджету. Иногда мы встречаемся реже, раз в две недели, например, в поддерживающем режиме или когда основная работа уже сделана. Иногда, наоборот, чаще, если человек проходит через кризис и это действительно нужно.

Частоту можно менять по ходу работы. То, что подошло на старте, не обязано оставаться неизменным до конца, и это всегда предмет обсуждения, а не жёсткое правило.

Чаще всего нет: после сессии обычно появляется облегчение или ясность. Но иногда такое случается, особенно в начале работы, когда мы касаемся тем, от которых вы долго уходили. Я отношусь к этому внимательно: иногда дискомфорт оказывается частью процесса, иногда это сигнал скорректировать темп или подход.

Если мы заранее понимаем, что будем касаться особенно трудной темы, обсуждаем темп и способы поддержки. Если сильная реакция возникает неожиданно, разбираем её и при необходимости корректируем дальнейшую работу.

Я работаю и онлайн, и очно: в Санкт-Петербурге, кабинет на ул. Гороховой, 45А, у метро Сенная площадь / Садовая / Спасская. Онлайн-формат позволяет работать из любой точки мира в удобное время. Для большинства запросов онлайн-формат позволяет вести полноценную глубокую работу. Подходящий формат выбираем с учётом запроса, обстоятельств и ваших предпочтений.

Указанная цена — стоимость сессии онлайн. При очной сессии к стоимости добавляется 1 000 ₽, эта надбавка входит в стоимость и в остаток к доплате.

Предоплата при записи через сайт одинаковая для любого формата, 500 ₽, и входит в стоимость.

Да. Вы можете оплачивать каждую сессию отдельно. Пакет из 8 сессий существует для тех, кто уже принял решение о глубинной работе и хочет зафиксировать более выгодную стоимость.

Решение о пакете принимается после первой сессии, когда мы оба понимаем, что готовы продолжать работу. Пакет оплачивается перед началом цикла. Оплаченные сессии не сгорают: их можно перенести и дойти позже, в удобном для вас темпе. Переносы и отмены идут по общему правилу 24 часов (см. вопрос ниже).

Предупредите меня любым удобным способом. Предоплата 500 ₽ входит в стоимость сессии и закрепляет выбранное время. Если передумаете или отмените — полностью верну предоплату. Если нужно перенести время, предоплата сохраняется и переходит на новую дату.

Правило работает в обе стороны: если сессию переношу я, то предупреждаю заранее и предлагаю ближайшее удобное вам время.

Да. Иногда парной работе помогают индивидуальные сессии одного или обоих партнёров — например, чтобы разобраться с тем, что трудно поднять втроём. Решение о таком формате мы принимаем открыто, на общей сессии.

Содержание индивидуальных сессий остаётся конфиденциальным и партнёру не передаётся. При этом общая работа строится прозрачно: каждый приносит в неё то, чем готов делиться сам, в своём темпе.

Если что-то мешает вам жить так, как вы хотите, то это уже достаточно серьёзно. Терапия работает с запросом любого масштаба: приходить можно с любым ощущением, что «что-то не так». Разобраться, насколько это глубоко и что с этим делать, мы сможем вместе.

Это частое опасение, и оно совершенно нормально. Достаточно прийти с тем, что есть, даже если пока это просто ощущение, что «что-то не так». Моя задача в том, чтобы исследовать то, что вас беспокоит, задать точные вопросы и вместе с вами добраться до сути.

Нет. Я психотерапевт, не психиатр, и не назначаю лекарств. Если в процессе работы я увижу, что медикаментозная поддержка может быть полезна, порекомендую обратиться к проверенному психиатру. В некоторых случаях психотерапия и назначенная врачом медикаментозная поддержка хорошо дополняют друг друга. Необходимость препаратов оценивает психиатр.

Если для качественной и безопасной помощи требуется медицинская диагностика, консультация психиатра, профильный специалист или более интенсивный формат поддержки, я скажу об этом прямо. Иногда психотерапия у меня может идти параллельно с лечением или сопровождением другого специалиста. В других ситуациях приоритетным становится другой вид помощи. Умение распознавать границы своей компетенции для меня является частью профессиональной ответственности.

По возможности я помогу сориентироваться, специалист какого профиля вам нужен.

Экстренные ситуации требуют обращения в круглосуточные службы помощи. При непосредственной угрозе жизни или безопасности обратитесь по номеру экстренной помощи страны, где вы находитесь, либо в ближайшее медицинское учреждение. Запись через сайт и моя связь работают в обычном рабочем режиме.

Да. Содержание сессий полностью защищено: я храню его в тайне даже от ваших родственников, если они обратятся ко мне напрямую. В целях повышения качества моей работы я могу анонимно обсуждать случай на супервизии, без деталей, по которым вас можно идентифицировать. Единственная ситуация, в которой конфиденциальность может быть нарушена, предусмотрена законом и связана с непосредственной угрозой жизни.